Вступительное сочинение новобранца пресс-центра

Когда я оформляла справку для приёмной комиссии, один из врачей спросил, куда я собираюсь поступать. И, услышав, что в медицинский вуз, вздохнул: “Не перевелись ещё дураки”. Судя по выражению его лица, доля правды в этой шутке была немалая.

Моя семья знает этого человека как отличного специалиста. И не менее талантливыми были другие врачи, с которыми я прежде несколько раз делилась планами на будущее, и которые говорили примерно то же: “Подумай, надо ли оно тебе”.

Судя по тому, как старались пациенты попадать именно к этим врачам, я уверена, что каждый из них любил своё дело. Поэтому их совет «подумать ещё раз» не пугал. Но давал понять, что всё окажется намного сложнее, чем я ожидаю.

Мне говорили и обратное: “Быть врачом хорошо, потому что врачи были, есть и будут нужны”. С этих двух мнений о моей, надеюсь, будущей профессии начинается череда связанных с ней противоречий и противоположностей, судить о которых я пока могу только со стороны.

Медицина всё теснее объединяется с другими науками, и её достижения порой кажутся чудесами даже современному человеку, начинающему привыкать, что рано или поздно на любой нереальный проект находится свой Илон Маск. Медицина стремится сохранить, а порой и улучшить то, чему даже точного определения не дано, — жизнь. И не поражаться этому трудно, потому что живой организм остаётся таинственнее и совершеннее любого фантастического механизма.

Новости о впервые проведённых операциях создают впечатление, будто наука шаг за шагом добивается у природы новых прав для человека. Получают крупные шансы на полноценную жизнь младенцы, которые без медицинской помощи погибли бы до рождения, причём речь не только об искусственных родах и выхаживании недоношенных детей: так, в 2018 году врачи из Екатеринбурга и Тюмени провели внутриутробную операцию, позволившую предотвратить развитие гидроцефалии у плода1. Расширяются возможности трансплантации и искусственного выращивания органов: например, открыта возможность выращивать полностью функционирующие нейроны с помощью «перепрограммирования» клеток кожи2; у пациентки с онкологическим заболеванием проведена успешная операция по наращиванию здорового участка печени1. Разрабатываются новые модели протезов, в том числе управляемых мозговыми импульсами2, вакцины и лекарства от заболеваний, которые в данный момент считаются неизлечимыми или изменяются слишком быстро. Врачи, стоящие за подобными достижениями, по праву представляются нам героями, по-настоящему исполняющими долг своей профессии.

Но так же верны этому долгу специалисты, ведущие клиническую практику. Во многих клиниках у них есть возможность пользоваться соответствующими нашему веку разработками. Правда, такие клиники доступны не каждому пациенту, а в среднестатистических медицинских учреждениях оборудование нередко соответствует, напротив, веку прошлому, причём буквально. Эта проблема решается, но преобразования начинаются с крупных городов и по огромной территории нашей страны распространяются медленно. Выходит, что пока в одной части России проводят уникальную операцию с использованием новейшего оборудования, где-то в другой части, а может, в том же регионе в городской поликлинике строится живая очередь в кабинет физиотерапии, где стоят аппараты советского производства.

Не буду рассуждать сейчас о том, как должны решаться такие вопросы. Я верю, что со временем их решат. Проблема в том, что сейчас, в данный момент, пока всё так, как есть, медицинская помощь необходима в равной степени в столице и вдали от неё. В городских поликлиниках требуются специалисты не меньшего уровня, чем те, что принимают участие в передовых разработках, разве что мыслящие в несколько иной плоскости, так как столкнуться со сложными случаями, требующими быстрых и нестандартных решений, шансы у всех врачей примерно равны. Да и без учёта этих шансов, в стандартных ситуациях пациенты всё так же нуждаются в профессиональной консультации. Иными словами, тяжёлая работа одних врачей награждается мировой славой, других — остаётся незамеченной, и избежать несправедливости нельзя. По крайней мере, в данный момент.

Профессия врача совмещает противоположности. Врачей относят к представителям интеллигенции, но их труд связан с грязью и человеческой болью. Служение гуманной цели может породить цинизм. Желание приносить пользу людям порой стоит славы и благосостояния. Не знаю, много ли находится тех, кто, осознав свои выдающиеся способности, набирается смелости и современным лабораториям предпочитает потрескавшуюся штукатурку старой поликлиники, потому что кто-то нужен и там. Не знаю, что решила бы я, выбирая между двумя крайностями в жизни работника медицины — нищетой и блеском.

Зато помню человека, благодаря которому верю, что профессионализм важен везде, и что не бывает малой пользы, когда речь идёт о здоровье людей. Просто помню Человека. В подмосковной городской поликлинике, вроде тех, что я не раз уже упомянула, работала физиотерапевтом Ольга Петровна. А я училась в начальной школе и подолгу болела: в этом не было ничего особенно опасного, просто мне было плохо и нужна была помощь. Ольга Петровна помогала — на приёмах у неё казалось, будто лечит она для собственной радости. И главное, в чём она мне помогла, – это понять, каким врачом я хочу стать, не по роду деятельности, но по отношению к своему делу и к людям.

Как бы это наивно ни звучало, в такой памяти я вижу не меньший блеск профессии врача, чем в выдающихся научных достижениях.

Корреспондент студенческого пресс-центра: Логинова Ольга


 

Don`t copy text!
error: Alert: Content is protected !!
%d такие блоггеры, как: